Вторушина Н. Камневы с Николаевского завода

       Перед вами история рода Камневых, занесенного волею судеб на братскую землю. Из многолетнего забытья извлечены воспоминания, имена родных на фотографиях, сведения архивных документов. Наши предки заслуживают того, чтобы их судьбы стали известны и сохранены…

             «Великий государь велел живот дать, вместо смерти сослать в ссылку»

            Из семейной истории: Василий Иванович Камнев был крепостным крестьянином, приписанным к Саратовскому волжскому купеческому пароходству, в котором отбывал свою трудовую повинность в бурлацкой артели. Был оговорен за чужое преступление,  осужден на 10 лет каторги и отправлен на Нерчинские рудники в Забайкалье.

            Скорее всего, «присужден к каторжным работам» он был до 1869 года, так как с этого года по «Положению Комитета об обустройстве каторжных» [1]  на каторгу в Сибирь направлялись только осужденные в Сибири и зауральских частях Пермской и Оренбургской губерний.

            Еще по Указу Павла I от 13 сентября 1797 года преступники разделялись на три категории. Первая самая тяжелая ссылалась на рудники в Нерчинск и Екатеринбург. Нерчинская каторга возникла в начале XVIII века. Каторжане использовались для разработки свинцово-серебряных месторождений на кабинетских1 землях, на литейных, винокуренных и соляных заводах, на Карийских золотых приисках (в 1850-90 гг.), на строительстве тюремных зданий и хозяйственных работах.

                По «Уложению о наказаниях уголовных и исправительных» 1845 года каторжные разделялись на три разряда: первый разряд — осуждённые на сроки свыше двадцати лет, второй — от восьми до двадцати лет и третий — от четырёх до восьми лет. По отбытии каторги ссыльный переходил в разряд поселенцев, а по истечении 10 лет (при хорошем поведении — 6) ссыльнопоселенцам разрешалось приписываться к крестьянским сельским обществам по своему выбору, но с согласия общества2.

            Предположительно, именно с Нерчинских рудников в 80-х годах 19 века на Николаевский железоделательный завод Братской волости был водворен на работы и жизненное поселение каторжный второго разряда Камнев Василий Иванович.

             По особому юридическому положению арестантам запрещалось вступать в брак, вероятно, вследствие этого Камнев В.И.  был холост до отбытия каторги и перехода в разряд поселенцев.

             В Николаевском заводе

            В 80-х годах 19 века владельцы завода братья Бутины завершили реконструкцию завода, превратив его в крупное предприятие. Завод имел 19 печей различного назначения. Две доменные печи были оснащены горячим дутьём. Действовали 3 прокатных стана, 5 паровых молотов, более 40 токарных, сверлильных, винторезных, долбёжных станков. Энергию заводу давали 9 паровых машин суммарной мощностью 256 л. с., 2 водяных колеса общей мощностью в 100 л. с. и 16 паровых котлов.

            В 1884 году в Николаевском заводе значилось 352 жилых дома, 1 церковь, 1 больница, 2 училища, 1 контора, 3 лавки, 1 питейное заведение, 2 караулки, нежилых домов (хлевов, конюшен и бань) – 580.  Населения числилось: 2 263 «душ обоего пола», в том числе: женщин – 1 051, детей до 16 лет — 400. Большую часть населения составляли крестьяне – 68% из них потомки бывших каторжных; 21,8% — поселенцы, или выбывшие свой срок каторжной работы на заводе; каторжных – 2% (44 муж. и 6 жен.).

            «Заводское селение разделяется на три части: собственно «Завод» с примыкающему к нему домами – самая обширная и лучше обустроенная часть селения на правом берегу Долоновки и пруда (Долоновка, впрочем, протекает чрез самый завод); «Запрудье», — на левом берегу и «Слободка» — деревенька в версте от завода. Заводское селение расположено по правильному плану, улицы в нем прямые и очень широкие (до 18 сажень). В расположении построек видна строгость и правильность казенного порядка.

            Переулков в сравнении с длиной улиц мало и они узки. Заводская церковь стоит на покатости и потому кажется несколько покосившейся; она и снаружи и внутри неказиста.

            Жилые дома – исключительно деревянные, в числе их есть очень порядочные, двухэтажные и с мезонином, но большая часть очень старые избушки в два-три окна. Некоторые из них полуразвалились, без крыш; некоторые вымазаны глиной и выбелены: постройка в некоторых местах тесная. Особенною  сплошною бедностью поражает «Слободка»: в ней всего одна улица, такая же широкая, как в заводском селении, но строения развалились; жители одеты бедно, 2-х и 3-х-летние дети бегают нагишом». [2]     

            Браки поселенцев в Сибири поощрялись правительством: ссыльным мужчинам разрешались браки, как с сосланными преступницами, так и с женщинами свободного состояния. В 1878-79 гг. в  Николаевском заводе заключено 36 браков.[4] Один из них мог быть бракосочетанием Камнева Василия Ивановича и Ефремовой Пелагеи Васильевны, дочери ссыльнорабочего Николаевского завода. Как аргумент отнесения брака к этому периоду  может служить метрическая запись Николаевской заводской церкви о рождении в октябре 1879 года старшего сына Александра.

            Камневы вырастили 4 сыновей: Александра (19.10.1879), Алексея (16.05.1883), Иоанна (1886 г.р.) и Иннокентия (1890 г.р.).

               Фотография семейства Камневых сделана в начале ХХ века, вероятно, около их дома в Николаевском заводе. В центре с седой окладистой бородой — отец Василий Иванович, рядом – его жена Пелагея Васильевна; рядом с ней сын Алексей, за ним стоит жена Матрена Леонтьевна; позади матери стоит сын Иннокентий, справа от него жена Агафья Ивановна с ребенком на руках; справа от отца сидит сын Александр, за ним стоит жена Анна Степановна.

              Надпись на обороте фотографии адресована четвертому сыну — Ивану (1886 г.р.): «На добрую память дорогому сыну и брату Ивану Васильевичу Камневу. Здравствуйте! Дорогие наши родные целуем всех вас вообще

                Возможно, поводом для этого случая сфотографироваться семьей стало возвращение сына Алексея с военной  службы в царской армии.

          Последние годы жизни Василий Иванович жил  в Иркутске в семье младшего сына Иннокентия. В 30-х годах Камневы и Серышевы (семья старшей дочери Алексея Васильевича — Агафьи) уезжали из Иркутска «от беды» в Благовещенск. Через некоторое время старший Камнев умер, а иркутяне вернулись домой.

                       Братья Камневы

Старший брат Александр Васильевич Камнев был женат на крестьянке Братской волости Анне Степановне Федоровой (16 лет), о чем свидетельствует Брачный обыск Заводской Николаевской церкви № 18 от 30 мая 1897 г.

Александр Васильевич и Анна Степановна вырастили семерых детей: Михаил (1901-1979?), Капиталина (даты жизни неизвестны), Василий (даты жизни неизвестны), Татьяна (1910-1995), Анна (1914-?), Клавдия (1917-2001), Евдокия (1922-2018).

Семья проживала в Шаманово, там же у Александра Васильевича в 1930-х годах была торговая лавка, где его племянник Иван Алексеевич Камнев впервые попробовал помидоры, редкий овощ для сибирских огородов.

Из установленных сведений об Александре Васильевиче: образование начальное, беспартийный, в последние годы работал кузнецом ЖКХ ст. Иркутск ВСЖД. До 1937 года проживал в  г. Иркутске.

Арестован 16 декабря 1937 г. Приговорен Тройкой при УНКВД Иркутской области 23 декабря 1937 г., обвинен по ст. ст. 58-7, 58-10, 58-11 УК РСФСР. Приговор: расстрел. Расстрелян 5 января 1938 г. Место захоронения — г. Иркутск.

Реабилитирован Камнев А.В. 5 октября 1957 г. постановлением президиума Иркутского областного суда.

Сыновья Михаил и Василий на момент ареста отца служили в армии.

Ареста не избежала дочь Анна (в замужестве Осипова) – «член семьи изменника Родины», уроженка с. Шаманово, работала телефонисткой 8-ой дистанции пути ст.Иркутск, приговорена к 5 годам ИТЛ.

После нескольких месяцев в иркутской тюрьме пересылалась  в Акмолинское ЛО (АЛЖИР3), потом в Карлаг4 и окончательно в 1939 году была сослана в систему ИТЛ Соликамбумстроя Молотовской (ныне Пермской) области. Анну Александровну реабилитировали 27.09.1957 Военным трибуналом ЗабВО.

После арестов мужа и дочери Анна Степановна вместе с дочерьми Татьяной, Клавдией и Евдокией скрылись от репрессий5 в Миассе Челябинской области. Потом также дружно  для воссоединения семьи переехали к Анне в Соликамск. В Миассе осталась Евдокия, вышедшая замуж.

Жизнь разбросала детей Александра Васильевича: Михаил жил и умер в Иркутске; Капитолина еще с 30-х годов жила в Донецке (Украина); Василий после войны переехал  в г. Ленгер (Казахстан); Анна последние годы жизни жила в Иркутске; Клавдия с сестрой Татьяной переехали из Соликамска в Балаково Саратовской области, а несколько позже к ним присоединилась Евдокия.

 

 

Второй брат Алексей Васильевич был женат на Тельновой (Тельных) Матрене Леонтьевне (19 лет), крестьянской дочери из Усть-Ийского селения (Брачный обыск заводской Николаевской церкви № 11 от 13 февраля 1902 г.).

До службы в царской армии (Петербург, Путиловский завод) и после трудился на Николаевском заводе. По Уставу о всеобщей воинской повинности 1874 г. он мог быть призван в 1904 г., когда ему исполнилось 20 лет. К этому времени он был женат, и, судя по датам рождения детей, на военной службе он находился позже — в промежутке между рождениями детей с 1909 по 1912 год? Скорее всего, отслужил он всего 4 года, как грамотный, имеющий льготу по наличию начального образования.

Эта фотография времен службы Камнева А.В. в Санкт-Петербурге (стоит справа).

На обороте фотографии плохо сохранившаяся надпись. Вот эти восстановленные обрывки из написанного: «Жене и детям…и дорогим племянничкам… Здравствуйте! Посмотрите на меня, какой я в настоящее время… Всю Пасху мне икалось, наверно, часто вы поминали, и я вас поминаю каждую минуту… целую я тебя…я сплю и вижу дом…». Фотографий, по-видимому, было прислано три, потому что в тексте расписано: «Одну моим, другую Саше, третью тестю» (Саша – старший брат).

Существует семейная легенда, что на свадьбу Алексею подарили швейцарские карманные серебряные часы. Эти часы на цепочке фирмы R.Pikard на 15 рубиновых камнях до сих пор хранятся у внука — Камнева Василия Ивановича (1950 г.р.), полного тезки предка. Смею предположить, что эти часы могли быть получены Камневым А.В., как поощрение за воинскую службу.  К началу ХХ века подобные часы стали относительно массовой и доступной наградой в общей системе поощрения нижних чинов русской армии. [3] Именно  в это время проходила служба Алексея Васильевича в Санкт-Петербурге.

Алексей Васильевич и Матрена Леонтьевна родили семерых детей: Агафью (1903), Петра (1905), Елизавету (1907), Полину-Пелагею (1909), Анастасию-Надежду (1913), Алексея (1915), Ивана (1917). В 1920 году Матрена Леонтьевна скончалась от воспаления легких в возрасте 35 лет.

Очень мало известно об остальных братьях.

Третий брат Иван Васильевич Камнев был женат на Ксении Дмитриевне Протасовой, 20-летней дочери Нижнеудинского мещанина и «жительствующей в Шамановском селении» (Брачный обыск Заводской Николаевской церкви № 13 от 23 января 1904 г.).

Четвертый брат Иннокентий Васильевич Камнев был женат на крестьянской дочери Долголугского селения 19-летней Агафье Ивановне Потаповой, о чем свидетельствует запись № 10 от 23 января 1909 г. в метрической книге Большеокинской Пророко-Ильинской церкви.

            Семейный промысел

 …Ссыльнопоселенцев, кончивших срок каторги, сравнительно немного. …В настоящее время мастеровые и рабочие, большей частью так называемые «малолетки», то есть дети выслуживших сроки и поселившихся здесь каторжных. Это лучшие рабочие: они выросли на заводской работе, свыклись с ней, сроднились с нею. [4]

  У Камнева Василия Ивановича с сыновьями – «малолетками» на заводе был свой семейный промысел, выдаваемый «на отряд» – жжение  древесного угля6.     Средняя годовая плата рабочему определялась в 330 руб. Малолетние поступали с  13 лет со сдельной платой на легкую работу, не требующей подготовки.

 Угля на заводское производство выходило ежегодно до 26 тыс. коробов, для чего на выжег угля заготавливалось бревен кабанных около 130 тыс. штук в год. [4]

  Рабочим  выдавались расчетные книжки, в которых были изложены  Правила для работы, время нахождения рабочего на работах, забор и заслуга и отпущенные рабочему инструменты. Стоимость книжки – 1,25 руб. Расчет  с рабочим производится по истечению каждого месяца, часть платы выдается наличными деньгами, часть — запиской на получение заводских товаров.

                       Жизнь поселенцев

Описание поселенческой жизни тех времен читаем у Вагина В.И. [2] Заглянем в Николаевскую слободу…

            … Простой народ живет едва ли не веселее, чем служащие… По праздникам игра в «горелки», пение, музыка, гармоника здесь в большом употреблении, плавание на лодках с музыкой и песнями. Большое пьянство бывает в конце месяца, после «выписки», и особенно первого числа, когда контора сделает месячный расчет. Весело празднуется также девятое мая, день «именин» завода. … Пьянствуют больше старики, молодежь гораздо воздержаннее.

          … Здешний народ очень простой и добрый. Каторга не наложила на осужденных печати ожесточения, может быть потому, что они не испытали всей ее суровости. Но заводская работа не в нравах и привычках нашего мужика. В нем продолжают господствовать крестьянские инстинкты. Он старается попасть на другую, более мужицкую работу: на конный двор, заняться рубкой и вывозкой леса, жжением угля, сенокошением.

          … По вероисповеданию первое место занимают лица православного исповедания – 91,14%, за ними следуют магометане (татары) – 3,35%, католики (поляки) – 3,22%, старообрядцы – 2,65%.

           … Для надзора за каторжными и вообще для сохранения порядка в заводе существует особая полиция, она состоит из полицмейстера, урядника и шести казаков. Полиция существует здесь только ради принципа: нельзя же каторжных, казенных людей оставить без казенного надзора.

         … Качества припасов, покупаемых жителями как у частных лиц, так и в заводской конторе, далеко не всегда удовлетворительно. Мука иногда бывает из зяблого хлеба, черная, с примесью  неорганических веществ: мясо только изредка свежее, а большей частью мороженное или соленое. Кроме говядины окрестные жители продают на заводе небольшое количество баранины и свинины, а также мясо диких коз, сохатых и разной лесной птицы;  мясо это, обыкновенно, дешевле говядины, и потому охотно покупается даже бедными жителями. Рыба не играет особенной роли в продовольствии. Молоко служит важным подспорьем в пище.

          … Падеж  1886 г. уменьшил количество скота в заводе на целую треть и, тем самым, сильно подорвал продовольственные средства жителей. из хлебных продуктов, кроме муки, употребляется в пищу только гречневая крупа, из овощей – картофель и капуста. Вообще овощей для удовлетворения местной потребности недостаточно, и они приобретаются в других местах Братской и Тулуновской волостей.  

            Переезд в Кузнецово-Вихорево

В 1920 году 37-летний вдовец Алексей Васильевич Камнев остался с малолетними детьми в крайней нужде и вскоре ему сосватали также овдовевшую Смолину (в девичестве – Рукосуева) Клавдию Степановну (1886 г.р.) из соседней Мироновской  волости Нижнеудинского уезда.

Клавдия Степановна дала согласие и с двумя несовершеннолетними детьми, со всем домашним скарбом и домашним скотом, спасаясь от  угроз «то красных, то белых», таежными тропами добиралась в Николаевский завод. В памяти осталась страшная картина братской междоусобицы, в которой погиб ее муж Смолин Александр, унтер-офицер царской армии, участник русско-японской войны.

Приход мачехи в семью Камневых был спасением.  «Жили мы бедно. У нас за единственной лошаденкой гонялись вороны. А она, Клавдия Степановна, была из семьи зажиточной. Пригнала с прежнего места жительства овец, лошадей, коров. При ней хозяйство наше поднялось. Работящей была. Не знали, когда спала. Нас не обижала» (Из воспоминаний пасынка И.А. Камнева).

Клавдия Степановна была хозяйственной и заботливой, не чуралась никакой работы.  У ее внучки Илясовой-Смолиной Т.Г. (1938 г.р.) хранится тунгусская игла, которой она обшивала семью и справляла снасти и упряжь. Охотницей и рыбачкой была знатной, без добычи и улова домой не возвращалась. Все эти навыки – из родительской семьи переселенцев Рукосуевых, проросшей корнями в Чунской тайге и породнившейся с тунгусами.

Семья Камнева А.В. до 1924-25 годов жила в селе Николаевский Завод, о чем свидетельствуют «Список членов-учредителей Заводско-Николаевской общины верующих» и «Список прихожан Николаевской общины верующих». У прихожан Камневых записано: дом, три лошади, три коровы.

В  эти годы в связи с ликвидацией завода «в виду дряхлости и конкуренции Уралзавода» многие вынуждены были искать новое место для дальнейшей жизни. Камневыми было просмотрено немало вариантов, но выбрали Кузнецово-Вихорево, где очень понравилось Клавдии Степановне: место на возвышении у реки, заливные сенокосные луга, тайга-кормилица за околицей. Дом и амбар были перевезены с Николаевского завода и вновь собраны на черемуховом берегу ручья Зэрга, впадающего в речку Вихоревка.

По Плану землепользования дер. Кузнецово-Вихорево 1925 года  домохозяину Камневу А.В. отведено 20 соток угодий (9 – под усадьбу и 11 – под огород).

Пребыванию на новом месте жительства есть и другое подтверждение — «Список сельисполнителей Братского сельсовета, выбранных с 1 сентября 1925 года», где по дер. Кузнецово-Вихорево сельисполнителем на срок с 1 сентября по 31 октября назначен Камнев А.В..

Как полноправные члены сельского общества Камнев Алексей Васильевич, Камнева Клавдия Степановна и её сын от первого брака Григорий Александрович Смолин (1906 г.р.) были включены в «Список лиц, имеющих право избирать и быть избранными» по дер. Кузнецово-Вихорево по состоянию на январь 1927 года. Младшие Камневы – несовершеннолетние дочь Анастасия-Надежда, Алексей и Иван находились с ними. К тому времени  старшие дети жили своими семьями: дочери были замужем, а сын Петр женат.                        Предположительно, Камневы сфотографировались по особому случаю — регистрации брака Смолина Григория Александровича (1906 г.р.) с Татьяной Петровной Миромановой (1910 г.р.) 19 марта 1928 года в Братском сельсовете. Читаем надпись на обороте фотографии: «Зима? 1928 год. Фотографировал бывший священник (ссыльный). Стоят вверху слева направо: Петр (брат), его жена Анна Алексеевна, а рядом Гриша Смолин (сводный, но любимый мною брат), его жена  Таня (Петровна Мироманова девичья фамилия). Между родителями стоит брат Алексей (1915 г. рожд.). Сидят: папа Алексей Васильевич 1883 г. рождения и мама Клавдия Степановна (прекрасная «мачеха», это было счастье в её лице). Запись вел И.А. Камнев. 30 июля 1997 г.».

Вполне возможно, что на фотографии запечатлена еще одна молодая пара: Камнев Петр Алексеевич и Анна Алексеевна Большешапова.

Побег            

В Поселенном списке плательщиков единого сельхозналога за 1929-1930 годы в хозяйстве Камнева А.В. — 7 едоков, из которых трое трудоспособных. Основной заработок главы семейства — охота. За семьей числятся: 2 лошади, 2 жеребенка-двухлетка, 3 молодняка, 2 бычка, 5 коров и 5 телят, 26 голов мелкого скота. По тем временам такое хозяйство могло быть отнесено к зажиточному.      Обложение  повышенным индивидуальным налогом, лишение избирательных прав и раскулачивание для хозяйства Камневых были очевидной угрозой.

«Кампании раскулачивания был придан характер штурма, партизанского налета, граничащего с грабительством (экспроприация почти поголовно всего кулачества, отбор полностью всего имущества вплоть до белья, предметов кухонной утвари и последнего обеда, вытаскивая таковой из печи, и т.д., производство экспроприации нередко ночью, с немедленным выбрасыванием из домов, в том числе женщин с грудными детьми, инвалидов, стариков без указания дальнейшего пристанища и т.д.), наряду с этим не в единичных случаях задевался и середняк, и даже бедняк, в том числе бывшие красные партизаны, красноармейцы». [5]

Одновременно с раскулачиванием по району проходила коллективизация. Так, 5 марта 1930 года в деревне Кузнецово-Вихорево Братского сельсовета состоялось собрание граждан, на котором присутствовало 11 человек. Среди прочих в повестке дня стоял вопрос о коллективизации: «запись в коллективизацию произвести добровольную».

А на самом деле? «Осуществлялся принудительный загон в колхозы середняка и бедняка, которым зачастую предлагалось одно из двух: или иди в колхоз, или угрожали индивидуальным обложением, ссылкой, арестом, расстрелом и т.д., приводя нередко угрозы в жизнь».[5] Подобная политика вызвала острое недовольств и нередко противодействие крестьян, проявлявшееся в бегстве из деревни, массовом забое скота, антиколхозных выступлениях, выходе из колхозов.

«Добровольно»  в колхоз записались все взрослые члены деревни, а А.В. Камнев даже был избран в число учредителей. Грамотный и предприимчивый Алексей Васильевич не мог поступить иначе, «или пан, или пропал». К тому времени уже было известно всем, что по району составлены списки раскулаченных, и начались реальные репрессии с конфискацией имущества, арестами и высылкой.

Не могли не знать деревенские и о том, что вот-вот по соседству разместятся несколько ссыльных поселений: Мостовое, Карабаб (между К-Вихорево и Анзебой), на Николаевском заводе, у хребта Теньги (по р.Долоновой) и Убское (за рекой Убь).

Трудно себе представить терзания семейства, и не дожидаясь, когда их включат в списки «лишенцев», Камневы решились на бегство.

…Бегство из колхозов грозило срывом посевной компании 1930 года, поэтому меры  принимались крутые. Из постановления Братского райисполкома от 19 февраля 1930 г.: «Имея в виду пресечения попытки бегства кулачества за пределы района с целью укрытия своего социального положения и злостных проделок против мероприятий советской власти… Братский райисполком постановляет:

— воспретить всем лицам, относящимся по социальному положению  к кулачеству … выезд за пределы Братского района;

— лица, виновные в нарушении настоящего постановления подлежат привлечению к ответственности в административном порядке, вплоть до конфискации имущества».

Случилось так, что 17-летняя Анастасия-Надежда Камнева, оставшись в родительском доме, связала свою судьбу с Ильей Егоровичем Заиграевым (1908 г.р.), раскулаченным из села Кобь и сосланным в апреле 1930 года в Карабаб. Эта история не закончилась счáстливо. Не прожив в ссылке и трех месяцев, Илья Заиграев с братьями сбежал из Карабаба в отряд восставшего К. Серышева и после подавления восстания был арестован. Где была его молодая жена в это время, может, последовала за отчаянным мужем и также подверглась аресту?  Неизвестно, какое наказание и где отбывал Илья Заиграев, но в конце 40-х годов Анастасия-Надежда (уже Заиграева) вернулась в Кузнецовку из Бодайбо с сыном Николаем (1931 г.р.). Мачеха – Клавдия Степановна, отдала ей корову на пропитание, что нашло отражение в Похозяйственной книге д.Кузнецовка за 1945-1947 гг.

В конце марта Камневы Алексей Васильевич, Клавдия Степановна с младшим сыном Иваном уже в Иркутске, о чем свидетельствуют две фотографии. Одна из них подписана и уточняет время и место — 28 марта 1930 года, город Иркутск. На ней — жены братьев Камневых (Клавдия Степановна сидит справа).

             Вторая фотография – «мужская», вероятно, выполнена в же время и в том же месте (сходство интерьеров фотостудии). На ней братья Камневы: слева направо сидят: Алексей, Александр и Иннокентий (за Александром стоит сын Михаил, за Иннокентием – сын Николай).

 

По воспоминаниям Клавдии Степановны они скрывались в Балаганске, пробавляясь случайными заработками. Потом проживали в дер. Патроны, что находилась на правом берегу Ангары недалеко от Байкала (ныне затоплена Иркутским водохранилищем). Известно, что в 1935-1936 гг. Алексей Васильевич работал старшим конюхом транспортной жилстрой кооперации ст. Иркутск I Восточно-Сибирской  железной дороги.

Как Камневы решились вернуться в кузнецовский дом в период с 1936 по 1940 годы, неизвестно. Клавдия Степановна Камнева рассказывала, что все время жили в страхе от того, что их найдут. Возможно, у самого Камнева была надежда, что по истечении нескольких лет прошла острота классовой борьбы, колхозы развивались и нуждались в рабочих руках, что давность лет и его должность, к тому времени, лесника лесов государственного значения Тайшетского лагеря НКВД, защитят от «возмездия» за бегство из колхоза.

Не пронесло… Как и старший брат Алексей Васильевич подвергся репрессиям. Арестован 24 ноября 1940 г. Приговорен  Иркутским областным судом 27 июня 1941 года. Обвинен по статьям: ст. 19, 58-2, 58-10 ч. 1, 58-11 УК РСФСР (контрреволюционная деятельность). Приговор: расстрел. Расстрелян 24 октября 1941 г. Место захоронения — г. Иркутск. Реабилитирован 30 апреля 1992 г. по заключению Генеральной прокуратуры РФ.

Картину ареста Камнева А.В. вспоминает Смолин М.Г. (1933 г.р.): «Приехали за ним конники, три или четыре человека… Дали время поесть и собраться… Котомку Алексею Васильевичу собирала мама (невестка Татьяна Петровна Смолина), а бабушка (жена Клавдия Степановна Камнева) была то ли на охоте, то ли на рыбалке. Простились с ним в доме, за порог никому не разрешили выходить… Бабушка пришла вечером, и сильно убивалась».

Из записей Похозяйственной книги 1940-1945 гг. следует, что 54-х летнюю Клавдию Степановну выписали из дома и заселили в нем семью Потапова И.Ф.

             Дети Камнева А.В.

            Известно, что  старшая дочь Агафья Алексеевна вышла замуж за Серышева Александра Ефимовича из дер. Сахаровой и уехала в Иркутск, а Елизавета Алексеевна  (по мужу Губина) и Полина Алексеевна (по мужу Мороз) уехали  на Дальний восток.         

            Анастасия-Надежда Алексевна в начале 50-х годов из Кузнецовки перебралась на Вихоревку и прожила там свои последние годы.

            Петр Алексеевич – старший сын Алексея Васильевича.  Родился в 1905 году в пос. Николаевский завод,  имел образование 5 классов, жил и работал учителем школы в с. Николаевский завод. В 1924 году «Николаевского завода гражданин Петр Алексеев Камнев, 18 лет», бракосочетался с «гражданкой деревни Сахарово Софией Георгиевой Огородниковой, 19 лет» — записано в метрической книге Братско-Острожной церкви.

Однако, на фотографии 1928 года он (крайний слева) стоит  уже со второй женой – Анной Алексеевной Большешаповой, кузнецовской жительнице. Возможно, некоторое время он проживал в Кузнецово-Вихорево, но после 1927 года, иначе он был бы включен в избирательный список. Это предположение появилось на основании протокола общего собрания граждан д.К.-Вихорево № 17 от 17 января 1929 г., где Камнев Петр был выдвинут кандидатом в состав нового сельсовета этого поселения.

В августе 1931 г. 26-летний Петр Камнев  указан учителем в «Сведениях рабочих и служащих Долголугского сельсовета».

Из протоколов общих собраний промколхоза им. 5-го съезда Советов  (Николаевский завод) в 1933-1935 годах Петра Алексеевича «выделяют» учителем по ликвидации неграмотности и малограмотности. В документах Братского архива обнаружены протоколы общих собраний граждан Николаевского завода 1935-1936 гг., собственноручно написанные Камневым П.А.- секретарем собрания, что косвенно подтверждает его место пребывания на тот период в с.Николаевский завод.

И Петра Алексеевича не миновала горькая судьба старших Камневых: арестован 25 июня 1938 г. Приговорен: Тройка при УНКВД Иркутской обл. 2 августа 1938 г., обвинен по ст. ст. 58-10, 58-11 УК РСФСР. Приговор: 10 лет ИТЛ. После перенесенных пыток в стенах НКВД на всю жизнь остался с поврежденной спиной — горбатым. Послетюремную ссылку отбывал в соседней Красноярской губернии (деревня Агул).

Реабилитирован 31 марта 1956 г. постановлением комиссии Иркутской области по пересмотру уголовных дел на осужденных за контрреволюционные преступления.

Петр Алексеевич после ссылки приезжал несколько раз на братскую землю в отпуск, навещал мачеху Клавдию Степановну в Кузнецовке. Кроме того, на Вихоревке жил его сын Иннокентий (1932 г.р.). «В последний свой приезд привез все для охоты и попросил черемухи» (Смолин М.Г., 1933 г.р.). По рассказам родственников он «выжил на осуждении за счет посылок  от мачехи (Клавдии Степановны)». Петр Алексеевич не пожелал остаться на родине, и возвратился в село Агул, где у него была уже третья семья. Умер там же, предположительно, в конце 50-х годов.

Средний сын Алексей Алексеевич Камнев в 1933 году женился на дочери кузнецовского жителя Каканова Сергея Александровича  — Анне (1915 г.р.). У них родились дети: Владимир (1934 г.р.), Лидия (1937 г.р.), Петр (1945 г.р.), Сергей (1949 г.р.), Юрий (1953 г.р.). Помотавшись по Иркутской области и Дальнему Востоку, окончательно осели на Вихоревке. На вихоревской фотографии 70-х годов слева-направо стоят: Анна Сергеевна Камнева, Иван Алексеевич Камнев, Алексей Алексеевич Камнев, сватья Мария Александровна Липнер, Лидия Алексеевна Малютина (Камнева), литовец-ссыльнопоселенец Павел Иванович ?

Младший сын Камнев Иван Алексеевич (1917-2002), родился в Николаевском заводе. Учиться начал с  11 лет, переехав в Кузнецовку, но учился усердно –  два класса за год. С третьего класса учился в селе Братск, а семилетку закончил в Тальцах Иркутской области, куда переехала семья. В 16 лет был направлен районо работать учителем начальных классов. Закончил курсы радистов и работал в Восточно-Сибирском речном пароходстве.

Несмотря на старание, успешную карьеру построить не смог – отстранили от работы как «сына врага народа». Призванный на военную службу, застал конец войны на Дальнем Востоке: воевал в Манчжурии, участвовал в боях за Сахалин. «За отличные действия в боях с японцами на Дальнем Востоке Верховный главнокомандующий приказом № 372 от 23 августа 1945 года объявил Вам благодарность, а части присвоил наименование Сахалинской» — объявил благодарность командир части.

Иван Алексеевич дослужился до начальника батальонной радиостанции, был награжден медалью «За Победу над Японией» и Орденом Отечественной войны II степени.

Демобилизовавшись в 1947 году, преподавал радиотехнику в Иркутском пароходстве.  Семейная жизнь сложилась в  1947 году, когда женился на Любенковой Татьяне Ивановне (1921-1998),  с которой счастливо прожил более 50 лет. В браке родились Василий (1950 г.р.) и Елена (1952 г.р.).

После получения среднего образования в ШРМ № 3 (1950-1953 гг.) ст. Иркутск 1, поступил на исторический факультет Иркутского пединститута (1953-1958 гг.). После окончания института три года отработал в Ангарской школе Братского района и в связи с затоплением вместе со школой переехал в Порожки, где с 1961 по 1976 годы году был директором школы № 6. В школе учились в три смены 700 учеников в 20 классах. При школе был организован струнный оркестр под руководством Ивана Алексеевича, а сам он играл на балалайке.

Потом был переезд в г.Братск, преподавание истории в школе № 16. На пенсию Камнев И.А., ветеран войны и труда, «Отличник народного просвещения» вышел в 1987 году с педагогическим стажем более 55 лет.

Иван Алексеевич — большой души Человек, до самой кончины (2002 г.) был хранителем семейной памяти. Скромный и внимательный он умел каким-то магическим способом расположить к себе любого, стать своим. Таким его запомнили близкие и ученики…

 

На этом история рода Камневых не заканчивается. Потомки широко расселились и по России, и за ее пределами. За ними продолжение рассказа…

Примечания:

1.Кабинетские земли, собственность короны в России. Находились в распоряжении императора, управлялись Кабинетом Его (Её) Императорского Величества.

2.К особым обязанностям, характерным для ссыльнопоселенцев, относились следующие:

— своевременно проходить регистрационный контроль независимо от места нахождения;

— испрашивать разрешения властей на перемещение в пределах разрешенной для проживания местности либо для выезда в другой регион;

— не чинить препятствий должностным лицам в осу­ществлении ими контрольно-надзорных полномочий, а именно: обеспечить сво­бодный доступ в собственное жилище, предъявлять имущество для досмотра и обыска;

— выбор только разрешенные законом виды профессиональной и общественной деятельности;

— не участвовать в незаконных собраниях;

— постоянно иметь при себе и по первому требованию властей предъявлять документ, удостоверяющий личность, статус в связи с избранной мерой ограни­чения свободы;

— испрашивать разрешения у полицейских чиновников на при­езд и проживание родственников, на получение образования и т.

3.АЛЖИР – Акмолинский лагерь жен изменников родины (Казахстан).

4.Карлаг – лагерь на территории Карагандинской области (Казахстан).

5.Оперативный приказ НКВД №00486 «О репрессировании жен и размещении детей осужденных «изменников Родины»» от 15 августа 1937 года требовал немедленно арестовывать жен и бывших жен осужденных за шпионаж, «изменников родины» и членов правотроцкистских организаций.

6.В России древесный уголь производили издревле. Кузнечные горны работали именно на древесном угле. Наиболее распространёнными способами получения были кучное и ямное углежжение. Вариантами кучного были «стог» и «кабан». Эти технологии были примитивными, процесс продолжался до месяца и требовал периодического контроля и обслуживания.

 

Список источников:

1.Положение Комитета об обустройстве каторжных работ. Полное собрание законов Российской империи.  Том 44. 1873. С.330—333

2.Сборник документов о жизни и деятельности В.И. Вагина – публициста, историка, члена ВСОРГО. – Иркутск: Оттиск, 2014. – 208 с.

3.Вилков, А. И. Призовые часы в Российской Императорской армии / Вилков, А. И. — М., 2004. — 111 с.

4.Вагин В.И. Николаевский железоделательный завод. — /Известия Восточно-Сибирского отдела РГО. – Том XVIII. – с.92-149/ -1887.

5.Итоговая докладная записка информотдела ПП ОГПУ Сибкрая об экспроприации кулачества в Сибири. 25 апреля 1930 г. /Электронный ресурс http://istmat.info/node/58017

Фотографии из семейных альбомов Камневых, Смолиных.

Уведомление о правах.
Данный материал является авторским, все права принадлежат сообществу «Старый Братск». При полном или частичном копировании материала ссылка на данную статью или сайт bratsk-starina.ru как авторов обязательна

5 комментариев на “Вторушина Н. Камневы с Николаевского завода

    • Да, снимок из фондов БГОМ называется «Рабочая слобода Николаевского завода»

  1. Уважаемая Нина, спасибо огромное за статью. За Ваш Труд! Я Александр Камнев, сын Сергея, внук Алексея Алексеевича Камнева и Анны Сергеевны Кокановой. Родился я в г. Вихоревка в 1973г., а сейчас живу в Израиле г. Беэр Шева. Мой другой дед Янкель(Яков) Зусиевич Липнер еврей, его жена на фото Мария Александровна Липнер(Акинина). Здоровья вам и всего доброго.

  2. Прочитала статью на одном дыхании.Мне ,бывшей жительнице д.Кузнецовка, статья очень понравилась.Я помню деда Каканова ,да и многие фамилии мне известны,только это уже фамилии потомков Камневых и Смолиных.Нина, я считаю ,это был огромный труд! Капиталина Пронович (Большешапова)

  3. Огромное спасибо за ваш труд. Очень интересная и важная для меня статья. Анна, правнучка Александра Васильевича Камнева.

Оставить комментарий