Пронович (Большешапова) К.В. Моя родина — Черная речка.

Чернореченская молодежь на берегу ОкиВ выписке сельсовета Озерный про Черную речку указано, что деревня образовалась в 1600 году в 245 км от Тулуна. 

По моим воспоминаниям деревня эта была небольшая, но располагалась необычно: дворов 10 стояло на реке Ока и 10-15 дворов на реке Черной, которая впадала с обрывистого берега в Оку.

Длина  речки Черной была километров пятнадцать, а ширина метров 15 в устье. Точного количества  дворов не помню, так как перед затоплением  деревни  было мне 6 лет.

Фото 1950 года. Чернореченская маевка.

Перед затоплением ездили по деревням оценщики дворов.  Наш дом (постройки 30-х годов) с подсобными строениями не подлежал перевозу, его оценили в 16 000 рублей (до денежной реформы 1961 года). Половину суммы выплатили сразу, а остальное полагалось после сжигания дома. Со слезами на глазах мои родители сожгли свое родное гнездо. Тем не менее стайку и амбар смогли вывезти машиной в д.Кузнецовка.  В  памяти  сохранился отчий дом, особенно русская печка.

Новые дома оценивали дешевле, ссылаясь на то, что их можно вывезти. Таким образом, некоторые дома из Ч.Речки были вывезены в д. Кузнецовку.  Так дом моего деда Большешапова Виктора Никоноровича  оказался в д.Кузнецовке усилиями новых хозяев Черемухиных.  Дом до сих пор стоит – вековой, пятистенный и крепкий.

Самое большое воспоминание  о моей Родине в моем детстве осталось, конечно, о богатой природе, деревня начиналась от таежного  леса, в  реке Черной водилась рыба: хариус, елец, окунь, а в реке Ока : таймень, стерлядь, осетр, щука .

Моя мама Пелагея Филимоновна рассказывала, как по осени собиралось по 3-4 семьи на ловлю и заготовку на зиму рыбы. Икру делили ведрами, а рыбу замораживали или засаливали на зиму в бочках. Помню случай, как мой сводный старший брат Иннокентий  поймал тайменя, длиной на весь стол, конечно, чтобы его почистить,  нужна была сноровка. Через реку Черную был построен деревянный мост, на другую сторону реки  переезжали  даже  на лошадях с повозками. На той стороне  было несколько озер и остров Ивашково. Еще там были  богатые луга, где пасли деревенское стадо коров, луга были огорожены, так как  дальше начинались болота.

Мой брат Володя   рассказывал, как с 1948 по 1954 год его, шестилетнего пацана, отец брал с собой на заимку, а впоследствии Володю заменил Леня — младший сын. На заимке отец гнал деготь и смолу, очень нужные в личном хозяйстве, но  большую долю надо было сдавать в колхоз. Технологию выгонки дегтя и смолы из березы я не знаю, вероятно, для этого  нужна была сноровка и опыт. Деготь использовался  в тайге для защиты от гнуса и мошки, а также в лечебных целях. Смолой смазывали гужевой транспорт, и смолили лодки по весне. На все работы в колхозе начисляли трудодни, и только в 1952 году каждый трудодень стал оплачиваться в размере 0,16 коп. Так в нашей семье на заработанные деньги  был куплен патефон, самый модный в то время музыкальный аппарат.

2

Родители: Василий Викторович и Пелагея Филимоновна Большешаповы.

С братом Леней  был интересный случай на реке, который чуть не закончился трагедией. По реке  Ока сплавляли лес  в старый Братск, где находилась Братская лесоперевалочная база. Ребятня, чтобы побыстрей переправится на ту сторону реки порыбачить на острове  Ивашково, перебегали по бревнам, поскольку они занимали всю ширину реки. Брат неожиданно поскользнулся и очутился в воде, выбраться никак не мог, бревна,  за которые он цеплялся,  крутились. Кто-то из взрослых, взял его за «шиворот» и вытащил, в панике он даже не понял, кто это был. Дома, естественно, получил взбучку, то есть был наказан.

Во время войны в деревню Черная Речка приехало несколько семей, эвакуированных из Центральной России. Среди них была семья Галкиных, в которой подростка   лет 13-ти звали Тарзаном. На нем летом и зимой в 40-50-градустный мороз из одежды была телогрейка  и набедренные лохмотья. Эта привычка осталась у него с раннего детства, когда он получил сильные ожоги по всему телу в результате обрушения горящей русской печи, на которой он спал. Лечили его долго, при лечении на него не надевали одежду, поэтому он и не стал ее носить позже.

Фото 1949 года. Ученики всех четырех классов Чернореченской школы. Среди них дети -Большешаповы: Володя — крайний справа в первом ряду, Надежда — крайняя справа во втором ряду, Дина – крайняя слева в верхнем ряду.

Фото 1952 года. Большешапова Пелагея Филимоновна с сыном Володей.

Недалеко от деревни, километров в 3-5 находилась Ермаковка, место практически было не обжитое. После войны на этот участок привезли сосланные семьи «бандеровцев» и «полицаев»  из западной Украины, срочно построили «домики», несмотря на это, начались  драки, кражи, по ночам слышалась стрельба. Перед затоплением эти семьи куда-то были переселены, возможно, вернулись на свою Родину.

Переезд в Кузнецовку

 Переезд из Черной Речки в Кузнецовку я хорошо запомнила, это был март 1958 года. Мой отец  Большешапов  Василий Викторович разобранный дом перевез из дер.Стениха, которая находилась  недалеко от старой Анзебы. Пока дом не был готов,  мы ночевали у родственников, спали с братом на мешках с картошкой. Сейчас, на седьмом десятке лет,  я представляю, как родителям было нелегко начинать все с нуля, отцу исполнилось уже 50 лет, нужно было достраивать дом, перевезти скот, разрабатывать огород, да и надворные постройки с баней нужны были.

2_1

Строительство усадьбы Большешаповых  в д.Кузнецовка.

Родители рассказывали, как в построенную баню чернореченские переселенцы ходили к нам мыться. На первых порах многим  чернореченцам жить было негде, приходилось устраиваться в наскоро построенной совхозной  ферме, где спали на палатях. В 1958  году была снежная зима, в мае половодье шло по улице, плавали на лодках. Вода по речке Вихоревке разливалась до железной дороги, расстояние до которой от Кузнецовки было больше километра. Моя старшая сестра по матери Терпугова Мария Ивановна перевезла дом из Черной Речки, но по трагической случайности  дом сгорел дотла, и  самое страшное в том, что вода в ночь перед этим событием ушла с дороги.

Лес вокруг Кузнецовки тоже был богатый, сейчас это даже трудно представить. В год нашего переезда отец со старшим братом Терпуговым Иннокентием Ивановичем даже убили медведя. Брат работал лесничим, во дворе всегда стояла   лошадь — главное средство передвижения в то время.

Про семью

В нашей семье детей было восемь человек. Мама Мисорина Пелагея Филимоновна (уроженка д.Варгаликской). Для уточнения родословной мамы я оправила запрос в Иркутский областной архив. Пришел ответ о крещении мамы в Шамановской Михайло-Архангельской церкви в октябре 1909 г. Из записи в метрической книге я также узнала отчество деда Филимона. Там же, среди воспреемников была  указана его сестра — Мисорина Степанида Ильинична. От первого брака моей мамы с Терпуговым Иваном Лавровичем было двое детей: Мария (1930) и Иннокентий (1933), от второго брака с Большешаповым Василием Викторовичем пятеро:   Дина (1938), Надежда (1939), Владимир (1942), Леонид (1948) и Капиталина (1951). У моего отца Большешапова В.В.  от первого брака был сын Алексей (1930), который жил то с отцом, то со своей матерью Аграфеной. Кроме того, в нашей семье жила бабушка (по матери) – Мисорина Федосья Михайловна (1870).

1_1

Фото 1952. Сидят:  Большешапова Пелагея Филимоновна и её мать – Мисорина Федосья Михайловна. Стоят сестры Большешаповы: Надежда, сводная сестра Мария Терпугова, Дина.

Отца в 1942 году призвали из Черной Речки в Армию на Восточный фронт (Читинский военный округ), так как была угроза нападения Японии. В Чите (на Кадале) он участвовал в сборке  грузовых автомобилей  Studebaker из наборов сборочных комплектов, которые поступали из Америки по ленд-лизу.

Дома осталась мама с четырьмя детьми и бабушкой. Брат Володя родился в ноябре 1942 года. В те трудные годы старший сын Иннокентий  был помощником маме. Он в свои 9 лет добывал рыбу  и уже охотился.

Отец вернулся с фронта только в 1945 году.

Брат отца – Большешапов Георгий Викторович участвовал в боях на Курской дуге (1943 г.), получил сквозное ранение в грудь, после госпиталя продолжал воевать и вернулся в деревню только после окончания войны.

Бабушка Феня много помнила о событиях Гражданской войны, которые не прошли стороной и Черную Речку. Отряд карателей, под руководством белогвардейского капитана Белоголового жестоко расправлялся с теми, кто был за Советскую власть и с их семьями. Время было жестокое, непонятно кто был прав, кто виноват. В очерке краеведа Л.В.Андреевой  «Это наши наших бьют» написано про Нину Федоровну Попову, которая носила еду прятавшимся в Черной Речке родственникам из  отряда карателя Белоголова. Позднее один из приезжих жителей выдал Нину. Ее прилюдно большевики избили шомполами. Я помню эту бабушку в дер. Кузнецовка, куда она переехала с родственницей Верой Федоровной Поповой, возможно,  там она и похоронена.

На Кузнецовском кладбище похоронены мои родители, брат Иннокентий, сестра Мария и бабушка Феня. Нашу семью не обошла и Первая Мировая Война 1914-1918 гг..  Муж бабушки Филимон Ильич Мисорин был призван  в 1914 году  и пропал без вести. Сохранилась его фотография, где он в форме улана. Есть  предположение, что он  служил в кавалерийском  полку в войсках Забайкальского казачества.

Родословная

В Братском городском архиве я продолжала поиск родных. Так, в выписке сельсовета Озерный я нашла сведения о том, что в 1920  году житель Черной речки — мой дед Большешапов Виктор Никонорович  и еще 7 человек  содержались под стражей. Со всех были взяты подписки о невыезде. (В записках участкового оперуполномоченного Братской волости  Тарасова Председателю волисполкома значились требования отпустить конфискованные в Черной Речке  гвозди, бревна, пилу, печку…).

Я не узнаю, за что был под стражей мой дед, по рассказам родственников у деда было крепкое хозяйство, возможно, именно у него было конфисковано перечисленное в требовании. Еще одно упоминание о нем я обнаружила в  документах по Братскому сельсовету на получение семенного материала в 1929 г. по д.Черной речке.

Коренными жителями Кузнецовки были двоюродный дядя  отца Григорий Андреевич Большешапов и его семья.  В избирательных списках по Кузнецовке  я нашла еще двух родственников по деду Виктору —  Иван  и Игнат Прокопьевичи Большешаповы. Как выяснилось позже, они были его двоюродными братьями.

С  помощью родных и просто хороших людей мне удалось выяснить, что самого давнего установленного предка — крестьянина Большеокинского села звали  Кондитий (Канид, Канидий) Захарьевич  Больших Шапок (умер в глубокой старости в 1912 году). У Кондития было 5 сыновей и дочь, среди них мой прадед Никонор.

Изучая происхождение фамилий от первых поселенцев при Братском остроге, я нашла нашу первородную фамилию, состоящую из двух слов — Больших Шапок.  Кстати, в статье об участии в войне с французами  1812 года упоминается  братчанин  Ефим Больших Шапок —  уроженце селенья Братского. Мне интересно: а вдруг это тоже предок из нашей семьи? Но об этом мы уже наверняка не узнаем, ведь прошло более 200 лет!

Один из моих родственников Анатолий Петрович Беломестных, уроженец д.Большая  Када, тоже занимался изучением ветви рода Большешаповых. Его бабушка Евдокия Кондитьевна Беломестных (в девичестве Большешапова) была родной сестрой моего прадеда Никонора. К слову сказать,  с Анатолием в одной организации мы проработали более 10 лет, но узнали о  далеком   кровном  родстве только в 2015 году.  Анатолий собрал генеалогическое  древо Большешаповых,  произошедшее от Конидия Больших Шапок с количеством потомков  более  560 человек!

Поиск продолжается…

Уведомление о правах.
Данный материал является авторским, все права принадлежат сообществу «Старый Братск». При полном или частичном копировании материала ссылка на данную статью или сайт bratsk-starina.ru как авторов обязательна

10 комментариев на “Пронович (Большешапова) К.В. Моя родина — Черная речка.

  1. «Фото 1954-1955гг. Молодежь на берегу Черной речки». Скорее всего снимок сделан в старом Братске на берегу Оки, в районе посёлка Окинского ДОКа (по-воспоминаниям так и назывался посёлок Ока). От старого Братска за Пантелеевым ручьём. Хорошо виден характерный силуэт горы Братской (Монастырской) и остров Большой. Можно сравнить по множеству снимков.

  2. «Фото 1954-1955гг. Молодежь на берегу Черной речки.»
    Фото сделано в старом Братске, на заднем плане г. Монастырка.

  3. …Анатолий Петрович Беломестных, уроженец д.Большая  Када…
    Случаем его отец не Пётр Архипович Беломестных?

    • Уважаемый Валентин, по информации автора статьи отца Анатолия Петровича звали Петр Константинович.
      admin

  4. Дементьева/ Мироманова/ Галина Викторовна ищу родственников отца Мироманова Виктора Степановича рожден в с. Пьяново в 1929 году. Мать Терпугова Анастасия Михайловна рождена в с.Большая Када в 1909 году.Может они родственники Терпуговой Марии. Если не трудно прошу ответить. Даже не знаю как начать поиски.

    • Уважаемая Галина Викторовна, начните с обращений в городской и районный ЗАГСы (г.Братск, ул.Мира, 31 и Братск, ул.Комсомольская, 45в) по дате рождения отца для получения актовой записи, из которой можно узнать сведения о его родителях. Кроме того, Ваших родственников можно поискать в похозяйственных книгах дер. Пьяново (архив г.Братска — ул.Мира, 27а).
      По Терпуговой Анастасии Михайловне 1909 года рождения в с.Большая Када сведения следует искать в метрических книгах Большеокинской Пророко-Ильинской церкви (г.Иркутск, обл. гос. архив — ул.Байкальская, 79).
      Как сообщила автор статьи, Марию Терпугову вывезли из Б.Кады в 1937 году, когда ей было 7 лет, тогда же родственные связи с Терпуговыми прекратились.

  5. Галина Викторовна, для Вас сообщение от Анатолия Беломестных: «В Большой Каде я учился в одном классе с Терпуговым Леонидом. Мы его мать звали тётя Настя. По возрасту она может подходить. Мужа её звали Павел. В их семье были дети: Евгения, Галина, Михаил и Леонид. В 1959 году они переехали в Калтук. Есть ли из них кто живой сейчас, я не знаю. Лёня умер давно. Паспортный стол был в Покосном.»

  6. Здраствуйте. Как можно найти автора статьи — мои дед и баба Семья Галкиных, собираю о них информацию.

  7. Здравствуйте всем! Прочитал вашу статью и решил поучаствовать с 2005 года занимаюсь родословной родом я из села Уян на речке Ока. Когда стал ходить в ГАИО мне в читальном зале дали алфавитный список мужских и женских имен, так вот правильно имя КОНДИД ( чистосердечен ) Побывав в в Моске в РГАДА нашел сведения о крестьянине Больших шапок Тимофей Игнатьевич примерно 1644 года рождения умер после 1721 года о его отце Игнатии сведений нет. У Тимофея был сын Иван примерно 1674 года рождения пашенный крестьянин Братского острога умер после 1721 года. Дочь Ивана Наталья 1697 года рождения венчана с Орловым Андреем Федоровичем Кимильтейским ямщиком умерла после 1762 года

Оставить комментарий